Наш адрес: м. Цветной бульвар,
2-й Колобовский переулок, 11
+7(495) 411-30-73
О Компании Заказ онлайн Контакты

Государственная Оружейная палата. Часть 12.


Ранее: Часть 1, Часть 2, Часть 3, Часть 4, Часть 5, Часть 6, Часть 7, Часть 8, Часть 9, Часть 10, Часть 11.
    

В документах середины XVIII века весьма часто встречаются указания начальникам Оружейной палаты: «вещи иметь во всяком бережении и чистоте и которые можно, те расставить в шкафы, а оружейную казну убрать по стенам». Но, несмотря на все эти указания, состояние Палаты в этот период было далеко не удовлетворительно. Наряду с ценнейшими предметами здесь находилось множество ветхих и случайных вещей, засорявших собрание. Помещения Палаты были сырыми и полутемными, вещи годами не проветривались и не просушивались. Начальник Оружейной палаты М. Собакин писал в 1764 году, что «все вещи разного звания положены одна на другую в сундуки, и парчи от древности истлели иные, а шелк и низания погнили, так что вынуть, когда потребно, невозможно: жемчуг валится ...» Еще в течение длительного времени суждено было пребывать сокровищам Оружейной палаты в таком «крайне сожаления достойном» состоянии.

К 1754—1755 годам относится попытка создания первого устава Мастерской Оружейной палаты как музея. Эта задача была возложена на Алексея Аргамакова, который был первым директором создаваемого в это же время Московского университета. В марте 1755 года Аргамаков представил в Сенат «генеральное мнение» о Мастерской Оружейной палате, где говорилось о том, что государственные регалии, драгоценная посуда, предметы вооружения и конского убранства «могут составить славную галерею», для которой надо соорудить специальное здание и в нем расположить вещи «в надлежащем порядке». Намечая составление полной описи вещей, требуя улучшить их хранение, Аргамаков считал необходимым «один день назначить в неделю, чтоб желающим показывать к их удовольствию» сокровища Оружейной палаты, т. е. высказывал мнение о том, чтобы превратить дворцовое хранилище сокровищ в общественный музей. Это предложение было отвергнуто; резолюция гласила : «уставного дня в неделю положить не нужно признается, потому что от знатных и чужестранных людей по требованиям их вещи показываются, а подлому народу никак всем показывать не можно, дабы тех вещей утраты быть не могло ...».

Однако вопрос о постройке для Оружейной палаты специального здания откладывать дальше было нельзя. Составление проекта было поручено известному архитектору Д. В. Ухтомскому. 11 августа 1755 года он представил чертежи трехэтажного здания, которое предполагалось построить между Архангельским и Благовещенским соборами, на месте древнего здания Казенного двора. 16 октября 1755 года проект этот был утвержден Сенатом, а с весны следующего года начались строительные работы, которые завершились в 1764 году. Но Оружейной палате пришлось находиться в новом здании очень недолго. Через шесть лет оно было снесено в связи с подготовкой к строительству нового Кремлевского дворца по проекту В. И. Баженова, а сокровища Палаты были перенесены во второй и третий ярусы помещения кремлевских «Теремов».

Тяжелым был для Оружейной палаты период 1770—1780 годов. В январе 1775 года состоялся указ о «генеральной разборке вещей и о поручении Мастерской Оружейной палаты» «в главное смотрение» известному вельможе Г. А. Потемкину. Ревизия вещей затянулась более чем на десять лет, но так и не была завершена. Это время Потемкин использовал для того, чтобы в буквальном смысле слова опустошить Оружейную палату. Не проходило педели, чтобы от него не поступало «предложения» об отправке в столицу, «ко двору» или к нему лично ценнейших экспонатов, которые во многих случаях обратно не возвращались или же возвращались испорченными. Предметы из Оружейной палаты брались по указанию Потемкина целыми партиями, которые иной раз насчитывали тысячи штук и часто забирались не только без описей, но даже и без расписок.

Последствия деятельности Потемкина Оружейная палата ощущала еще очень долго. Даже через 25 лет, в августе 1805 года, один из кремлевских чиновников вынужден был признать, что Оружейная палата «в таком непозволительном запущении, что не только множество сокровищ из оной извлечено без всяких видов, но даже о наличных по сие время верной ведомости не находится». Все это с особенной остротой поставило в первые годы XIX столетия вопрос о приведении в порядок фондов и дел Оружейной палаты.


Продолжение...